June 12th, 2013

Последний БТ 53-го полка








А может, лучше без машины, старшина? Ну ее к бесу. Разве на танке пробьемся?
А на своих двоих по кустикам, канавкам, где мышкой, где червячком. Ведь так-то надежнее будет.

В. Курочкин, «Железный дождь»

Фамилия? Что, жаловаться хочешь? Зря!
На моей фамилии вся Россия держится. Иванов. Запиши. Или так запомнишь?
К. Симонов, «Живые и мертвые»
bt-end

Первым опознанным БТ 53-го танкового полка для нас стал «титульный» А-2, с которого, собственно, и начался почти 7 лет назад проект «Немиров-41». Если же рассматривать боевые действия полка в первые дни и недели Приграничного сражения во Львовском выступе, то первыми, запечатленными на фото, безусловно, являются машины, потерянные 22 июня 1941 года в районе Залесской Воли – Домбровы. По мере продолжения исследований количество фотографий росло. Фото были разные – какие-то дублировали друг друга, какие-то – несли однозначные элементы идентификации, какие-то – имели четко написанный топоним на обороте. Все это позволило ранжировать машины по мере отхода на восток. Залесска Воля – Немиров – Магеров – Яворов – Янов – Страдч – Женсна Руска – Львов – Тарнополь... Последним, привязанным к конкретному месту, танком до недавнего времени был БТ, сфотографированный, судя по подписи, в 1943 году у дороги в районе сел Мыслова – Ореховец. Это вполне логично – села находятся на правом берегу реки Збруч, переправиться через которую удалось не всем. Видимо, и этот танк остался там 1–3 июля 1941 года.
Понятно, что это был промежуточный результат – существует большое количество фото, по которым нельзя сказать, где они сделаны – то есть – нельзя точно: есть фото танков на ж/д платформах, есть фото БТ, упавшего с такой платформы – возможно, что они тоже «далеко на востоке». Есть и фото, где только сам танк, «да наша родная природа». Понять, где и когда они сделаны, возможным, как правило, не представляется. Тем более, что основная масса потерь: подбитые, сгоревшие, оставленные при отходе – приходится на район от границы до Львова, поэтому вероятность, что в объектив попал какой-то один из 20–10–5 оставшихся танков – исчезающе мала. И тем не менее…

Среди «ландшафтных» фото однажды попалось и такое:

01

Пополнили архив, занесли в реестр. Никаких дополнительных данных подпись не несла: «русспанцер»... Что видно на фото? БТ-7М, 53-й танковый полк, ромбы с цифро-буквенным индексом на корме и задней скуле башни, литеры и ромбы почти нечитаемы, танк имеет пробоины в башне, пробиты выхлопные трубы, бревен самовытаскивания и домкратов на надгусеничных полках нет. Снимок снят с сухого места на возвышении, танк у уреза воды (болото, озеро?), в зарослях осоки/тростника. Собственно, все. Уже позже появилось второе его фото. Вообще без подписи, но чуть в ином ракурсе. Снимавший немец «завалил горизонт», поэтому выглядеть это должно так:
02

Сомнений нет: танк тот же, видно, что он погружен в воду/ил сантиметров на 40, четко видны ромбы и литеры – В-3, те же пробоины, пейзаж – тот же, разве что к осоке прибавилась видимая на заднем плане полоска редколесья. Интересно, что к корме прислонено нечто круглое (нижний эвакуационный люк?), а люк доступа к двигателю – уже снят и лежит «поперек лавки». Что это дает? Только, пожалуй, то, что этот снимок сделан позже. Снять крышку люка для каких то целей – логично, но снятую поставить на место – это вне логики. То есть танк уже явно обыскан.
«Проявившиеся» ромбы? То же самое – первое фото – танк в пыли, грязи и т. п., на втором (отдаем себе отчет, что маркировать заново немцам незачем) – дожди смыли все лишнее, при осмотре вольно или невольно обтерли – в результате видим то, что видим.
В любом случае, это, пожалуй, и все. Но.

Недавно снова было предложено к торгам это же фото. Но уже с подписанным задником:

03

Написано четко, кратко и информативно. «Русский танк в болоте, уничтоженный огнем нашего ПТО. За ним – трупы водителя и стрелка». И подпись: «Смела».
Резюмируем: выходит, что танк 53-го танкового полка снят неизвестным немецким «фотолюбителем» в районе населенного пункта Смела. Гуглим?
Вариантов – два. Есть Смела «винницкая» и есть Смела «черкасская». Любопытно...
Первая, винницкая Смела – это село в районе Янушполь (ныне Иванополь) – Андрияшевка – Райгородок, то есть примерно те места, где во вторую неделю июля 4-й мехкорпус терял свои последние танки (и 53-й полк – не исключение) в боях с частями 1-й танковой группы Клейста за Бердичев. Тепло...

04

А что по второй?
Хм... А по второй интереснее... Слово Д. И. Рябышеву, бывшему тогда командармом-38: «... Рано утром 16 августа в расположении противника в районе, где шоссе Смела — Черкассы пересекает реку Ирдынь, поднялась непонятная орудийная стрельба. Со стороны противника на этом шоссе появился танк, вокруг которого рвались снаряды. Танк на большой скорости двигался в нашу сторону. Эту картину наблюдали командиры и красноармейцы из частей 116-й стрелковой дивизии, которая держала здесь оборону. Нашим командирам стало ясно, что фашисты ведут огонь по уходящему от них танку. Чтобы помочь ему оторваться от гитлеровцев, дивизионная артиллерия открыла огонь по врагу. Тем временем танк приблизился к реке, и экипаж, видя, что мост через нее взорван, остановил танк, поспешно выбрался из него и бросился в воду. Все члены экипажа вплавь благополучно преодолели реку.
Так с группой танкистов на танке Т-34 после тяжелых оборонительных боев юго-восточнее Умани из окружения в районе Подвысокое вырвался начальник штаба 6-й армии комбриг Н. П. Иванов. На командном пункте армии комбриг рассказал нам, что после того как командование 6-й и 12-й армий пришло к выводу, что основной массой окруженных войск из-за недостатка боевой техники, боеприпасов, горючего и — продовольствия организованно пробиться из окружения невозможно, поскольку противник превосходит их в силах, было принято решение рассредоточиться и выходить из окружения небольшими группами.
Вначале Иванов с группой бойцов численностью до роты пытался пробиться на северо-восток, но попытка не увенчалась успехом. Тогда он подобрал несколько танкистов и на танке Т-34 ночью вышел на дорогу, пристроился к вражеской механизированной колонне и двигался с нею к линии фронта. С наступлением рассвета укрылся в каком-то лесу. Так в течение нескольких ночей, двигаясь во вражеских колоннах, приблизился к линии фронта. И когда убедился, что передний край рядом, танк рванулся к нему на большой скорости. Эту картину и наблюдали бойцы 116-й стрелковой дивизии. Я поздравил комбрига Иванова с выходом из окружения и помог добраться до штаба Юго-Западного направления, в Полтаву».
Кхм.... Какой-то «истерн»: с-под Умани? Через тылы на танке? Там только по прямой километров 100. Но попытаемся проверить – в тех краях вообще есть что то подобное – мост, озеро, река Ирдынь?

На плане обр. 1893 года есть:

05

А что на современных топокартах?

06

Тоже есть. Сразу видно – после войны проводилась мелиорация, надо смотреть ближайшее по времени.
Gott mit uns:

07

Интересно – озеро-то есть, но на дороге Смела – Черкассы не оно, а знаменитое Ирдынское болото: http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%98%D1%80%D0%B4%D1%8B%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5_%D0%B1%D0%BE%D0%BB%D0%BE%D1%82%D0%BE )
Надо же – вот и немец пишет на фотографии – «Sumpf» – «болото»!
Но танк то – Т-34, при чем тут БТ? С другой стороны – и в Минске тоже «был» небезызвестный Т-28, да и Дмитрий Иванович Рябышев в своих мемуарах (а вышеприведенная цитата оттуда) много чего... сымпровизировал, так что – надо проверять:
«А был ли мальчик?» Все-таки начштаба армии, нерядовой случай.
Сверяемся с «Подвигом народа». Иванов, 6-я армия... 16 августа, говорите? Не, не срастается... Потому как уже 11 августа, судя по данному документу

08

комбриг Иванов вновь возглавил штарм-6. Значит, вышеописанные события происходили ранее. Когда? А вот: доклад самого начштаба  – не мемуар, он конкретен. И там все изложено совсем иначе:

09
10
11

12
Вот это другое дело: и дата доклада – уже 10 августа, и события разворачиваются не 16-го, а 6-го августа. Или 7-го(скорее всего, исходя по описанию событий в нем).
И – самое главное: танк-то – не Т-34, а именно БТ (!). Танк БТ, болото, Смела – не слишком ли много «совпадений»?
Если что-то выглядит как утка, плавает как утка и крякает как утка, то это, скорее всего, утка.

Поверим гармонию алгеброй.
Для начала – проверим винницкую Смелу. Могли ли быть там машины 53-го танкового полка? Ну, все конечно возможно на войне, но:
1. Танки 53-го полка в то время были уже наперечет, и действовать единично в чужой полосе вряд ли могли. У них были иные задачи. Выполнение которых отражено в документах. Смелы там  нет.
2. Маршрут полка в район боевых действий Ольшанка – Райгородок проходил в стороне от села Смела. Таким образом, отставших танков именно там - быть также не могло.
Что говорят документы?

13
14

То есть, ни до боев, ни во время их, ни по их окончании – путь 53-го полка через «винницкую» Смелу не лежал.

Но каким образом танк БТ именно 53-го танкового полка оказался в Смелее «черкасской», предварительно вырвавшись из Уманского котла? Оказывается, это вполне вероятно, и даже не по одной причине.

Вариант № 1.

15

Как видим, еще 22 июня одна рота полка была придана Штарму-6. Никаких данных о том, что рота когда-либо была возвращена в полк – нет. Уменьшение числа танков к вечеру 22 июня подтверждается суточной ведомостью наличия матчасти. То, что полк передавал машины в иные части, отражено и в его учетной карточке после выхода за Збруч.
Понятно, что вероятность выжить у танка охраны штаба гораздо выше, чем у линейной «бэтэшки», и не только потому, что нет атак, нет ПАК-36 и прочих «внешних факторов», но и банально потому, что расход моточасов меньше, а времени для ТО – больше.
Так что вероятность того, что к финалу Уманской трагедии штаб 6-й армии имел при себе танки, и в том числе танки 53-го полка – есть. Но и это не все:

Вариант № 2.

16
17

После того, как 53-й полк отдал 15 июля в сводную группу танки, их у него не осталось.

18
19

Как видим, при создании так называемой «группы Фотченкова» 4 танка БТ 53-го полка туда вошли. И в котле они были.
У Долматовского, в книге «Зеленая Брама», они упомянуты дважды (танки 4-го мехкорпуса) – один раз количественно – «со своими четырьмя танками», второй – «несколькими, подчинявшимися непосредственно штарму».

20

Таким образом:
1. В докладе начштаба Иванова упомянут танк БТ.
2. Там же указано место прорыва и его обстоятельства.
3. На имеющемся фото видимое и известное по подписи – полностью соответствует описанному в докладе. С двумя кажущимися на первый взгляд «но»:
а) место выхода – «перешли озеро». По докладу указано, куда выходили – в район обороны 548-го стрелкового полка – Белозорье. Но там нет озера – там именно болото.

21
22
23
24

Так что подбитый танк у края болотины на фото с описанием вполне вяжется.

25
26
27
28

Кроме того, старший лейтенант Корнев был тяжело ранен и контужен. О каком плавании может идти речь? А вот пройти по-над берегом в камышах – реально. Постреляют, да, но вслед не полезут.

б) в докладе говорится, что из танка выскочили все, были раненые и контуженные, но – все. А вот что было дальше с экипажем, Иванов не пишет, поскольку потерял танкистов из виду.
Судя по тому, как происходило покидание (по докладу) танка, Иванов и Корнев выскочили первыми, а вот экипажу пришлось покидать машину уже после них, и скорее всего, под огнем – спасительных первых мгновений уже не было. И про то, что кто-то из экипажа вышел к своим, начштаба не пишет. Поэтому погибшие возле танка водитель и стрелок – это не противоречит докладу.

4. Исходя из вышесказанного, можно, как нам кажется, утверждать, что упомянутый в докладе «танк БТ» и БТ-7М 53-го танкового полка на немецкой фотографии – один и тот же танк. Следовательно, на фото мы видим тот самый танк, который вырвался из Уманского котла. ФИО экипажа, увы, остаются неизвестными – ст. лейтенант Корнев, скорее всего – штабист. По крайней мере, в списках комначсостава 53-го танкового полка на май 1941 года нет – ни Корнева, ни Корнеева, ни Корниева, ни Кориева.

Вот так выглядит на карте маршрут последнего БТ 53-го танкового полка:

1. Обстановка в котле к моменту прорыва:

31-a

2. Маршрут движения:


Попытки прорыва из котла не единожды описаны в разных источниках. Версии того, как это происходило – каким маршрутом кто шел, когда, где и как погиб или попал в плен - у участников разнятся. Поэтому мы не беремся обсуждать и осуждать мотивы, побудившие начштаба «пойти другим путем», полагая, что эти события лучше известны тем, кто занимается именно «Уманским котлом». Не будем мы давать оценку и обстоятельствам перехода непосредственно через линию фронта к своим.
Мы просто хотели рассказать про последний экипаж 53-го танкового полка и его боевую машину, которая не подвела. Они выполнили свой долг до конца!